Сб. Май 18th, 2024

DAO Politics — серия подкастов от ForkLog, в которых мы вместе с приглашенными экспертами разбираемся, как устроены ДАО, и говорим об их концептуальных и технологических основаниях. В этом выпуске мы продолжаем разговор о децентрализации с философом Иваном Белоноговым, попутно разбираясь с тем, что такое временные автономные зоны и на чем держится власть Большого брата.

Как устроена виртуальность?

В терминах Жиля Делеза VR точнее называть реальностью симулякров. Под этим термином мы привыкли понимать нечто негативное, поддельное. Но Делез утверждает: речь о другом. Оригинал с подделкой соотносятся друг с другом по критерию похожести, а симулякры — по отличиям друг от друга. Мой любимый пример — покемоны. Каждый может нарисовать нового «карманного монстра», главное, чтобы он не был похож на уже существующих. В этом заключается онтология различия. 

Реальность симулякров создана процессами, которые отличаются от нее самой. Когда мы видим живую птицу, мы знаем, что у нее есть органы. Когда мы видим ее же, но виртуальную, мы знаем, что внутри у нее ничего нет. Процессы, которые ее порождают, не имеют никакого отношения ни к мясу, ни к перьям, ни к косточкам. То есть у птиц-симулякров нет сущности. Они как картина Рене Магритта, на которой нарисована курительная трубка и написано: «Это не трубка». 

Виртуальность по Делезу — это то, что есть, но сейчас не актуально. Допустим, у меня есть флешка. Актуально — это немного пластика, немного металла. А виртуально у меня есть 40 Гб полезного контента. Другой пример: помните ли вы свое детство? Может быть, у вас всплывут какие-то отрывки или отдельные картины. Виртуально — вы помните детство, но актуально оно не присутствует. У Делеза виртуальность — это часть триады: есть реальное, оно делится на актуальное — присутствующее здесь, и виртуальное — то, чего мы сейчас не видим, но оно существует. 

Упомяну еще один термин — потенциальное. Актуально — вы читаете этот текст. А потенциально — могли бы отправлять ракеты в космос. Философия как практика жизни напоминает: если мы будем ограничиваться актуальным, мы никогда не увидим всей той свободы, которая в действительности нам дается как возможность. 

Если мы создадим ДАО, посмотрим на актуальные смарт-протоколы, то можем расстроиться: «Ничего не подходит для наших затей!» «Ну и что, — скажет философ, — завтра вы создадите новые». У Делеза виртуальное — это потенциальное. То, что может быть, но чего здесь нет.

Как убить в себе Большого брата?

Главная идея классического анархизма заключалась в том, что надо свергнуть Большого брата. Современные постанархисты задаются вопросом: а что, если кто-то хочет оставаться под контролем? Насильно освобождать мы никого не будем, сказали постанархисты устами постделезианца Хакима Бея. Мы будем создавать временные автономные зоны (ВАЗ) — так философ называл небольшие пространства свободы для тех, кто хочет попробовать быть вместе с нами. Не нравится — идите в другую автономную зону или оставайтесь в «обычном мире». Самый удачный пример ВАЗ — фестиваль Burning Man

Лично мне кажется самым важным убить Большого брата в себе. Не дать себе стать фюрером, ведь такое желание живет в очень многих. Я вижу такую свободу, где мы говорим: «Кто хочет — пойдемте. Кто не хочет — идите занимайтесь своими делами». И никто не будет друг другу мешать. Также приведу в пример Дженезиса Пи-Орриджа и Храм Психической Юности. В их книге Thee Psychick Bible (русский перевод можно прочитать здесь) не раз говорится: «Цель нашей организации в том, чтобы она однажды рухнула». Нельзя ни на чем фиксироваться, все может измениться. 

Мы прописываем протоколы, но понимаем уже, что послезавтра мы их все перепишем. Может быть, добьемся цели. Может быть, не добьемся. Но главное — сохранять пластичность. Сегодня мы решаем эту задачу, а завтра будем решать какую-то другую, которая придет к нам завтра. И ничего страшного, что нынешнюю машину мы разберем и сделаем из нее комбайн, а послезавтра разберем и его, чтобы сделать вертолет и куда-то улететь. Да, каждый раз будет грустно. Ты делаешь какое-то произведение, влюбляешься в него, говоришь: «Так, не дышите, ничего в нем не меняйте, пускай все останется, как есть». Вот это желание — как раз воля Большого брата. Ведь что хочет контроль? Контроль хочет закрепить один порядок раз и навсегда. 

Почему нормальные люди — это зло?

Любая компьютерная игра — это идеология. Вы ее запускаете, и она вам сразу сообщает: вот ваш враг. В жизни то же самое. Что такое Большой брат? Это фраза «Живи, как нормальные люди». Кто-нибудь хоть раз видел одного нормального человека? Возможно, они живут совершенно безумно, по-своему, и так в каждой квартире. Большой брат и его всемогущество — это презумпция. И то же касается его «посланников»: сборщиков налогов, полицейских. Это не машины, а живые люди, у которые есть свои желания и особенности. Сценарий взаимодействиями с ними не сводится к подчинению, его можно вывернуть наизнанку. 

Жак Лакан, учитель Делеза, говорил, что тоталитаризм начинается тогда, когда силовики начинают считать себя воплощением закона. А если носитель власти помнит, что он просто служащий, то тогда все нормально. Он понимает, что он не Большой брат, а просто тело, имеющее звание. Я думаю, все помнят, что бывали случаи, когда представители власти снимали форму, отказывались выполнять приказы. Были приличные люди и среди них. И их можно найти. Но для этого с самого начала нужно с ними говорить, как человек с человеком. Вот это я и называю «убить Большого брата в себе».

Как мир изменится к лучшему?

Я вижу будущее как большую RPG. У нас будет множество разных организаций, в том числе иерархических — а почему бы и нет? Так веселее. Просто иерархия тоже превратится в небольшую игровую область. А старые системы уничтожат сами себя. Они уже это делают. Потому что тоталитарная фиксированная иерархия при ускоряющемся прогрессе убивает тех, кто в ней находится.

Нам требуется несколько фаз. Сначала должны выделиться люди, открытые новому. Приматологи знают: обезьянки не пробуют красные ягоды, пока самая смелая не попробует — и не умрет. Если кто-то покажет, что от децентрализованных автономных организаций люди не умирают, то часть наблюдателей выдохнет и будет готова присоединиться. Новые ценности и практики распространяются. Однажды накопится критическая масса — когда люди просто будут знать, что можно жить по-другому. И тогда начнут пробовать. Уже сейчас эксперименты с безусловным базовым доходом показывают, что люди, удовлетворив основные потребности, эти деньги не пропивают, а вкладывают в проекты. Именно к этому мы должны прийти. А еще рекомендую книгу Андре Горца «Нематериальное. Знание, стоимость и капитал». Сейчас самое время ознакомиться с ней. 

Как читать Делеза?

Многие жалуются, что Жиль Делез пишет непонятно. Дело в привычке. Я, наоборот, посоветую его самую непонятную книгу «Тысяча плато». Просто читаете одну главу, когда вам хочется. Прочитали один раз, постарались вообразить. Не понять, а именно вообразить, о чем он говорит. Получилось или нет — не важно. Будет настроение, снова перечитали эту главу или соседнюю. Цель в том, чтобы, просто по кругу перечитывая, мы привыкли к другому мышлению — и однажды оно станет понятным. И это то, что вообще стоит знать об обучении. 

Зачем нам философия?

Чтобы фантазировать реалистично, желать нереального или реально желать. Мы мыслим шире, чем живем, благодаря философии, и это помогает не теряться в ускоряющемся мире вокруг нас.